В беларусских местах лишения свободы практикуются поборы. И есть только одна группа заключенных, у которых принципиально ничего не берут, но они же находятся в самых худших условиях. За что и сколько приходится платить осужденным, рассказывает Deutsche Welle.
В Беларуси содержание заключенного в неволе обходится в круглую сумму его родственникам. Деньги нужны не только на адвоката, посылки и передачи. Как рассказывают бывшие заключенные, чтобы не было проблем с администрацией, желательно раз в месяц перечислять определенную сумму на счет колонии. Сколько платят осужденные и куда идут эти средства?
Деньги для колонии в обмен на поблажки
Павел отбывал наказание по экономической статье в Витебской области. Эта колония считается показательной — там сидят многие коррупционеры, бизнесмены, бывшие силовики и представители власти. «Поскольку это люди при деньгах, администрация старается это использовать, — рассказывает собеседник. — Ремонт, обновление мебели и техники, в том числе в кабинетах сотрудников, — все это сделано за деньги осужденных. Если хочешь, чтобы к тебе нормально, даже лояльно относились, плати».
По словам мужчины, фиксированной суммы нет, это определяется индивидуально. «Если это молодой парень, которого за наркотики взяли, с него и 50 рублей будет достаточно, — продолжает он. — Ну, а если это бизнесмен, то речь уже про несколько сотен, а иногда и много тысяч, чтобы сделать ремонт, например. Можно, конечно, ждать, пока по копейке весь отряд скинется, а можно повесить на одного богатенького».
Максим, также осужденный по экономической статье, отбывал наказание в исправительном учреждении в Могилевской области. По его словам, в колонии висел стенд, на котором было написано, сколько собрано добровольных взносов, которые идут на нужды колонии. При этом отчета, как потратили деньги, перед заключенными нет.
«Заключенный пишет заявление: прошу перечислить с моего счета такую-то сумму на счет колонии, — объясняет собеседник схему. — На его счету деньги — с зарплаты или пенсии, но основная сумма, конечно, от родственников. После того как заявление передали начальнику колонии, он вызывает человека и уточняет, добровольный ли это платеж. Предупреждает, что никаких поблажек, например, досрочное освобождение, за это не предусмотрено. Но это формальный разговор».
На практике ряд поблажек все же есть, признается Максим: «Например, получишь без очереди долгосрочное свидание. Или более легкую работу. У руководителей отрядов есть даже норма, какую сумму они должны обеспечить в месяц».
При этом оба собеседника признают, что большинство заключенных на нужды колонии деньги не переводят. «Потому что у большинства банально нет лишних денег, — говорит Павел. — В колонии ты зарабатываешь копейки, а с зарплаты еще высчитывают сумму на твое питание и содержание, также долги по искам. И не всем могут помочь родственники, особенно если у человека большой срок».
Тюремщики отслеживают богатых заключенных
Обеспеченные заключенные — редкость, но администрация хорошо о них информирована. «Когда человек только поступает в колонию, начальники отрядов и мониторят ситуацию: если видят, что приехал богатый заключенный, начинается соревнование за право забрать его в свой отряд, — поясняет Максим. — Начальник отряда договаривается с начальником колонии, мол, нам надо обновить стиралку, давайте повесим на этого заключенного, распишите его в наш отряд».
Мужчина приводит пример: в колонии с ним сидел бывший чиновник, осужденный за коррупцию. У него была высокая пенсия и помощь от родных: «В один месяц он купил стиралку, в другой — холодильник. Конечно, всем выгодно, когда есть такой человек, иначе пришлось бы организовывать поборы по 20−30 рублей с каждого заключенного».
Максим рассказывает, что в его колонии с политзаключенных принципиально не брали денег. «Это была позиция администрации: ни один „экстремист“ не может официально сдать деньги, — рассказывает собеседник. — Для них в качестве исключения предлагали подписаться на газету, которую издает Департамент исполнения наказаний. Если политзаключенный хочет скинуться со всеми на покупку стиралки, потому что иначе нужно стирать руками, то он находит другого заключенного, ему отдает сигареты, а тот потом как бы от себя оставляет и за него сумму».
Однако не во всех колониях такая ситуация. По словам Павла, в его колонии от одного из политзаключенных приняли холодильник, который оплатили родственники.
Сигареты — тюремная валюта
Реальных денег ни у кого из заключенных нет — это запрещено. Вместо них используют сигареты, и они нужны, чтобы оплатить уборку общих помещений — коридоров, комнат. «Если не хочешь, можешь не платить, будешь сам после работы убирать. Но обычно этим занимаются те, у кого нет помощи со свободы, так они подрабатывают, — говорит Максим. — На это осужденный тратит одну пачку сигарет в месяц. Еще одну пачку нужно отдать за уборку туалетов, этим занимаются только заключенные с «низким статусом».
Оба собеседника подчеркнули, что только осужденные с «низким статусом» ни на что не скидываются — от них просто никто ничего не возьмет, чтобы не получить такой же статус. «Соответственно, они и откупиться от администрации не могут», — говорит Максим.
Раз в месяц сигареты собирает завхоз отряда — заключенный, приближенный к администрации. «Часть он отдает дневальным за уборку общей территории, часть — «низкому статусу» за уборку туалетов, но минимум треть собранного остается у него, это около ста пачек», — продолжает Максим.
Как «обналичивают» сигареты? Как пояснили бывшие осужденные, сигареты должны быть в запечатанном виде, с пленкой — как новые. Их отдают в тюремный магазин и там повторно продают по номиналу. Куда идут прокрученные деньги — в фонд колонии или лично сотрудникам, решает начальник колонии.
«Любая проверка легко вскроет эту схему, — говорит Павел. — Но в колонии обо всех проверках знают заранее, поэтому у них есть время подготовиться. Тюремный магазин тоже подчиняется администрации, частников никто туда не допустит».