Возможно, угрозы президента Трампа краткосрочно сработали: Ирану и США удалось договориться о временном прекращении огня, которое обе стороны тут же объявили своей победой. Но фундаментальные разногласия с Ираном остаются такими же острыми, как и в феврале, пишет Русская служба Би-би-си.
Аналитики сходятся на том, что соглашение позволило Трампу выпутаться из ситуации, грозившей поставить его перед опасным выбором — либо эскалация конфликта согласно обещанию американского президента («гибель целой цивилизации»), либо отступление и потеря лица. Однако непонятно, как долго продлится перемирие и о чем стороны сумеют договориться за две недели — при том, что по самым значительным вопросам прогресса не удавалось достичь десятилетиями.
Особого оптимизма в этой связи международные аналитики не испытывают.
Без сомнения, прекращение огня — это достигнутая в последний момент тактическая победа, которая должна, по крайней мере временно, привести к возобновлению поставок нефти, удобрений и гелия через Ормузский пролив и успокоить рынки, опасавшиеся, что глобальный энергетический шок приведет к мировой рецессии, отмечает New York Times. Но она не решила ни одной из фундаментальных проблем, приведших к войне.
Иранский режим никуда не делся, и нет оснований надеяться, что ему грозит скорая кончина или что он сделается более либеральным.
Никуда не делись и иранские запасы обогащенного урана, теоретически ставшего поводом к началу войны.
Если раньше кто и сомневался в способности Ирана контролировать и перекрывать Ормузский пролив, то теперь эти сомнения рассеялись.
Эти проблемы существовали и раньше, но теперь к ним прибавились новые.
Союзники США в Персидском заливе осознали, что небоскребы Дубая и опреснительные установки Кувейта могут стать целями иранских ракет и дронов.
Политическая база Трампа раскололась, бывшие сторонники обвиняют его в нарушении обещания не втягивать Америку в безнадежные войны на Ближнем Востоке, что — вкупе с ростом цен на бензин — особенно некстати в преддверии промежуточных выборов осенью.
Но давайте по порядку.
Мирный план
Месяц назад Трамп требовал от Тегерана «безусловной капитуляции», заявляя, что он сам определит, когда Иран будет полностью разгромлен. Во вторник вечером его тон изменился. Он согласился провести следующие две недели переговоров на основе плана из десяти пунктов, представленного Ираном пакистанской стороне. Трамп назвал его «работоспособной основой для переговоров».
«Вы ознакомились с планом Ирана? — говорит Ричард Фонтейн, исполнительный директор вашингтонского аналитического центра „Центр новой американской безопасности“. — Он читается как список пожеланий Тегерана, составленный еще до войны, в котором содержится призыв к глобальному признанию права Ирана на обогащение урана, выводу всех американских войск из региона и снятию экономических санкций. Кроме того, в нем содержится требование выплаты Ирану репараций за ущерб, причиненный в ходе войны».
Конечно, это лишь отправная точка для дальнейших переговоров. Но иранский и американский взгляды на послевоенное устройство региона отличаются столь значительно, что скорых результатов ждать не стоит.
Администрация Обамы договаривалась о ядерном соглашении два года, и это было в мирное время. Рассчитывать на то, что за две недели дипломатам удастся свести столь различные подходы сторон в подобие полноценного мирного соглашения, да еще под угрозой возобновления бомбежек — непростительный в геополитике оптимизм.
Как отреагирует Израиль
Отдельно стоит отметить, что Израиль хотя и поддержал решение Трампа о приостановке военных действий (при условии, что Иран откроет пролив), но отметил, что оно не относится к Ливану. В последние недели ЦАХАЛ ввел наземные силы в южный Ливан и заявил, что будет сохранять контроль над территорией к югу от реки Литани до тех пор, пока не будет устранена угроза со стороны «Хезболлы».
Между тем в заявлениях и Ирана, и Пакистана, выступившего посредником в переговорах, говорится, что прекращение огня распространяется и на Ливан. «Хезболла», которую Иран активно поддерживает, пока никак не отреагировала на ситуацию, хотя обстрелы северной части Израиля утром в среду, похоже, прекратились.
Но гарантировать, что Израиль будет соблюдать условия перемирия так, как их понимает Вашингтон (и, что немаловажно, Тегеран), сегодня не возьмется никто. Ослабление иранского режима — это стратегическая задача для Израиля, но она не снимает проблемы «Хезболлы» и других группировок, действующих на границах страны. Поставит ли Биньямин Нетаньяху на паузу операции в Ливане — отдельный вопрос.
Ядерная программа Ирана
«Любая оценка происходящего должна исходить из основного факта: Иран по-прежнему обладает обогащенным ураном. Эта реальность не изменилась», — считает аналитик по Ближнему Востоку Деннис Ситринович.
Президенты США ведут переговоры с Ираном, вводят против него санкции и подрывают его экономику уже 20 лет. Теперь перед Трампом стоит задача доказать, что его война с Ираном принесла лучшие результаты.
Если ему не удастся вывезти из страны 400 кг 60-процентного обогащенного урана, а также гораздо большие объемы низкообогащенного ядерного топлива, в этой войне, обходящейся в миллиард долларов в день, он достигнет меньше, чем удалось Обаме 11 лет назад, не прибегая к военным действиям, отмечает NYT (в рамках соглашения 2015 года Иран лишился 97% своих ядерных запасов).
Это же касается и ракетного арсенала Тегерана, расставаться с которым режим не намерен. Способность США полностью уничтожить или хотя бы сильно сократить количество иранских ракет и раньше не внушала доверия военным экспертам, а события последнего месяца показали, что Иран по-прежнему в состоянии нанести значительный ущерб если не самим США, то их союзникам в регионе.
Ормузский пролив
Прекращение блокады Ормузского пролива станет важным событием для мировой экономики, а прекращение американо-израильских бомбардировок — для Ирана. Война не закончилась, наступило лишь перемирие, в ходе которого сторонам предстоит договориться об условиях мира, отмечает военный обозреватель Русской службы Би-би-си Павел Аксенов.
При этом само по себе освобождение пролива от иранской блокады нельзя назвать победой. Эта блокада была одной из главных составляющих оборонительной стратегии Ирана и возникла в результате войны. Поэтому это будет избавление от проблемы, которую породила сама война.
Но даже если Иран полностью откроет Ормузский пролив, не требуя за проход по нему сборов или других платежей, он уже продемонстрировал способность контролировать это ключевое геополитическое «бутылочное горлышко».
Уже после того, как Трамп сообщил о прекращении огня, министр иностранных дел Ирана Аббас Арагчи сказал, что Иран прекратит свои «оборонительные операции» и обеспечит безопасный проход через Ормузский пролив «по согласованию с иранскими вооруженными силами».
«Иран сохраняет контроль над проливом, чего до войны не было, — отмечает Ричард Фонтейн. — Мне трудно поверить, что Соединенные Штаты и мир смогут принять ситуацию, при которой Иран будет бесконечно контролировать ключевой энергетический контрольно-пропускной пункт. Это был бы гораздо худший исход, если сравнивать с ситуацией до войны».
По мнению Денниса Ситриновича, открытие Ормузского пролива вообще стало главной целью переговоров. Цены на нефть уже отреагировали снижением, а вот цены на бензин в США — пока нет, и это очередная головная боль для Трампа.
Политическое положение Трампа внутри страны
Хотя многие в партии Трампа поддержали своего президента, это было далеко от той почти единодушной поддержки, которой он часто пользуется, пишет корреспондент Би-би-си по Северной Америке Энтони Зуркер.
С одной стороны, даже ближайших сторонников президента неприятно удивили угрозы «уничтожить цивилизацию» и им подобные, которыми Трамп на своей платформе Truth Social в последнее время сыпал едва ли не ежедневно.
Сенатор от Висконсина Рон Джонсон, обычно лояльный Трампу, заявил, что было бы «огромной ошибкой», если бы Трамп довел свою кампанию бомбардировок до конца. Конгрессмен Натаниэль Моран из Техаса написал в социальных сетях, что не поддерживает «уничтожение „целой цивилизации“». «Мы не такие, — написал он, — и это не соответствует принципам, которыми давно руководствуется Америка».
Разочарование президентом, заметно ускорившееся с началом войны, наверняка выйдет на новый уровень, если перемирие действительно окажется временным и стороны не сумеют договориться. А вероятность такого исхода велика.
Пока что цена барреля нефти впервые за несколько дней опустилась ниже 100 долларов, а фьючерсы на американские акции резко выросли. Но оптимизм финансовых рынков — вещь краткосрочная и эфемерная. Насколько сильно американцы разочаровались в Трампе и его политической линии, станет понятно уже через полгода, на промежуточных выборах в ноябре.
Несмотря на победные реляции из Белого дома, обещанного «золотого века» для большинства американцев с возвращением Трампа так и не наступило, и подскочившие в ходе войны цены на бензин могут аукнуться президенту не менее сильно, чем последствия тарифной войны со всем миром, ранее ударившей по карману избирателей.
И в мире
Но даже если нынешнее перемирие приведет к постоянному миру, война с Ираном (и недавние слова Трампа) может коренным образом изменить то, как остальной мир воспринимает США, отмечает Зуркер.
«Неясно, оказала ли такая ошеломляющая угроза со стороны американского президента давление на Иран, заставив его согласиться на то перемирие, которое он ранее отвергал, — пишет он. — Ясно одно: поразительное, подстрекательское заявление Трампа — всего через два дня после аналогичного требования, сопровождавшегося нецензурной лексикой, в Truth Social — не похоже ни на что из того, что когда-либо произносил или на что намекал какой-либо из президентов США».
Тактика Трампа, заключавшаяся в эскалации риторики до астрономических высот, безусловно, помогла ему найти выход из ситуации, отмечает NYT. Уже одно это может укрепить его в мысли, что тактика, которой он научился в мире нью-йоркской недвижимости — игнорировать старые соглашения, выдвигать максималистские требования, — работает и в геополитике.
Страна, традиционно позиционировавшая себя как силу, обеспечивающую стабильность во всем мире, теперь подрывает основы международного порядка.
В самом Иране, да и в остальном мире неизбежно возникнет вопрос, насколько вообще можно доверять слову президента. Полтора месяца назад Трамп призывал иранский народ восстать и свергнуть свое правительство, говоря, что «помощь уже в пути». Теперь он ведет переговоры с этим правительством. Во вторник он повторил, что новый верховный лидер принадлежит к поколению «иных, более умных и менее радикализированных» лидеров.
Между тем, если переговоры провалятся, возможна новая война, отмечает корреспондент журнала Economist на Ближнем Востоке Грегг Карлстром. Но война крайне непопулярна в Америке, и Трамп очень хочет завершить ее до встречи с Си Цзиньпином в мае и для этого готов, по крайней мере на данный момент, избегать эскалации и продемонстрировать гибкость.
В краткосрочной перспективе, особенно если цены на нефть действительно вернутся к довоенному уровню, Трамп может преподнести существующее положение дел как свою победу, хотя есть сомнения, что Си Цзиньпин в это поверит. А вот что точно отметят в Пекине — так это то, как стремительно и резко президент меняет свою позицию в зависимости от обстоятельств.
А если Иран действительно получил гарантии на основе «десяти принципов», о которых упомянул Трамп, — это не второстепенный результат, а стратегическая победа для Тегерана, считает Ситринович. Заявление Трампа о том, что США «достигли и превзошли» все свои военные цели, может убедить только самых преданных его сторонников — которых у президента, похоже, все меньше.