Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Пресс-служба Лукашенко заметила на совещании у политика топ-чиновника, который в это время был совсем в другом месте
  2. Могли ли радиолюбители подключиться к закрытым каналам связи силовиков и получать секретную информацию — спросили у экс-сотрудника МВД
  3. Езда на велосипеде опасна для мужского здоровья или это устаревший миф? Доля правды тут имеется — разбираемся (есть нюансы и для женщин)
  4. Путин открыто заявил, что соглашение по Украине невозможно без реструктуризации НАТО, которая фактически означает разрушение альянса — ISW
  5. «Можно было понять, где едет кортеж». Протасевич рассказал о раскрытии «крупной сети радиошпионов»
  6. Топ-чиновника, который, по словам Лукашенко, должен был «не на ногах ходить», а «на руках или голове», отправили в отставку
  7. Врача-невролога Руслана Бадамшина приговорили к 2,5 года лишения свободы — «Белые халаты»
  8. Режиссер Курейчик заявил, что Тихановский переехал в США и забрал с собой детей. Что ответила лидерка демсил
  9. На рынке недвижимости в Минске — перемены: нетипичная ситуация с однушками и квартирами большой площади
  10. Крупный телеграм-канал и все его страницы в соцсетях признали «экстремистскими»
  11. В Беларуси объявили внезапную масштабную проверку Вооруженных сил
  12. «Ни на террориста, ни на разжигателя Андрей похож не был». Федута — о политзаключенном, который был найден повешенным в колонии
  13. Экс-журналистка и сторонница Лукашенко, просившая донаты на еду, оказалась дочерью сотрудника КГБ. У него даже есть паспорт прикрытия
  14. Беларусам до 27 лет для получения паспорта потребуется справка из военкомата
  15. «Win-win». Спросили у аналитика, какие последствия будет иметь для Беларуси назначение экс-руководителя ГУР главой Офиса президента Украины


Пятеро российских граждан, уехавших из России из-за начавшейся мобилизации, уже несколько месяцев живут в зоне вылета международного аэропорта Инчхон (Южная Корея). Они подали заявление на предоставление убежища, но власти им отказали, сославшись на то, что уклонение от призыва в армию на родине не является основанием для получения статуса беженца, пишет The Korea Times.

Фото: Shim Hyun-chul
Сбежавшие от мобилизации россияне в зале вылета в международном аэропорту Инчхон, 3 января. Фото: Shim Hyun-chul

Мужчины подали апелляцию в суд, который в конце января должен принять решение. Если он поддержит россиян, то они получат визу G-1, которая позволит им находиться на территории республики до завершения процедуры рассмотрения кандидатуры на статус беженца. Отмечается, что в 2021 году Корея одобрила лишь 1,3% всех заявлений на предоставление убежища.

«Проживая месяцами в зале ожидания вылета в зоне беспошлинной торговли аэропорта, российские беженцы выживают за счет продуктов, предоставляемых Минюстом: на завтрак и ужин булочка и пакет сока, а на обед рис с курицей», — пишет The Korea Times.

В интервью изданию один из мужчин рассказал, что ушел из дома в ночь на 24 сентября, через несколько часов после того, как получил повестку.

«Мне не зазорно защищать свою страну. Я бы пошел добровольцем, если бы кто-то напал на нас и подвергнул опасности моих близких. Но совсем другое дело, когда агрессором является моя собственная страна. Я никогда не возьму оружие, чтобы пойти убивать невинных людей в Украине», — сказал он.

Фото: Shim Hyun-chul
Сбежавшие от мобилизации россияне в транзитной зоне аэропорта Инчхон, 3 января. Фото: Shim Hyun-chul

Другой мужчина рассказал, что на родине «яростно протестовал против коррумпированного путинского режима» еще задолго до вторжения России в Украину, а когда получил повестку, понял, что за участие в антиправительственных митингах его бросят на передовую, потому что он находится в черном списке.

Третий россиянин сказал, что ему «посчастливилось бежать из России и избежать участи своих знакомых и друзей, погибших на войне».

«Буквально два дня назад под Макеевкой было убито около 400 российских солдат. Двое из них были моими знакомыми. Я до сих пор в шоке. По российским законам я даже не имею права призываться в армию. Но в ноябре ко мне домой пришли военные и заставили подписать документ о том, что я буду считаться дезертиром, если не явлюсь на военную службу», — отметил он.