Поддержать команду Зеркала
Беларусы на войне
  1. Топ-чиновника, который, по словам Лукашенко, должен был «не на ногах ходить», а «на руках или голове», отправили в отставку
  2. «Ни на террориста, ни на разжигателя Андрей похож не был». Федута — о политзаключенном, который был найден повешенным в колонии
  3. «Можно было понять, где едет кортеж». Протасевич рассказал о раскрытии «крупной сети радиошпионов»
  4. Врача-невролога Руслана Бадамшина приговорили к 2,5 года лишения свободы — «Белые халаты»
  5. Беларусам до 27 лет для получения паспорта потребуется справка из военкомата
  6. Режиссер Курейчик заявил, что Тихановский переехал в США и забрал с собой детей. Что ответила лидерка демсил
  7. Путин открыто заявил, что соглашение по Украине невозможно без реструктуризации НАТО, которая фактически означает разрушение альянса — ISW
  8. В Беларуси объявили внезапную масштабную проверку Вооруженных сил
  9. «Win-win». Спросили у аналитика, какие последствия будет иметь для Беларуси назначение экс-руководителя ГУР главой Офиса президента Украины
  10. Могли ли радиолюбители подключиться к закрытым каналам связи силовиков и получать секретную информацию — спросили у экс-сотрудника МВД
  11. На рынке недвижимости в Минске — перемены: нетипичная ситуация с однушками и квартирами большой площади
  12. Экс-журналистка и сторонница Лукашенко, просившая донаты на еду, оказалась дочерью сотрудника КГБ. У него даже есть паспорт прикрытия


В феврале «Важные истории» рассказали, что Минобороны России вербует на войну в Украине женщин-заключенных; по истечении полугодового контракта обещают помилование. Тогда речь шла о женской исправительной колонии № 2 в Ленинградской области. С тех пор издание узнало, что это не исключение, а правило — осенью прошлого года военные приходили и в другие российские колонии.

В российской женской исправительной колонии. Фото: sizo.ru
В российской женской исправительной колонии. Фото: sizo.ru использовано в качестве иллюстрации
  • В Ивановской области — в женскую исправительную колонию № 3 города Кинешма. «У кого есть медицинское образование — вербовали в медперсонал. Остальных — в штурмовые подразделения», — рассказал адвокат одной из заключенных. Женщины надеялись, что так «скорее попадут домой, да еще и с деньгами», объясняет подруга одной из них (и сама бывшая зэчка этой колонии).
  • Во Владимирской области  в исправительную колонию № 1 поселка Головино, об этом нам рассказали родственники двух заключенных женщин. Тоже в первую очередь искали медиков.
  • В Пермском крае — тут бывшая заключенная попросила не называть номер колонии. По ее словам, заключенные готовы были отправиться на фронт, но оказалось, что никто не обладает подходящей подготовкой — искали медиков и снайперов.
  • В Мордовии — в колонию № 2 в поселке Явас. Там заключенные сами просили администрацию посодействовать тому, чтобы их отправили в Украину. «Очень много желающих, практически все хотят», — рассказала бывшая заключенная этой колонии. Многие женщины пытались завербоваться с помощью своих адвокатов и «донимали родственников» просьбами помочь им получить военный контракт, говорит она. «Это те, кому совсем невыносимо там, либо те, кто знает, что все равно не выйдет по УДО, — уточняет мать одной из заключенных. — Там администрация строчит рапорты за все подряд: платок развязался, складка на покрывале. И когда подходит время для подачи на УДО, адвокатам говорят, что много рапортов и на УДО не отпустят».

Ни в одном из перечисленных случаев на войну пока никого не отправили. Почему так — можно только предполагать. «Возможно, у кого-то в Минобороны консерватизм разыгрался. Возможно, сыграли роль бюрократические проблемы — например, для штурмовых должностей необходимо расширить список военно-учетных специальностей, доступных для женщин», — рассуждает военный эксперт Кирилл Михайлов.

Условий, на которых женщин-зэчек звали осенью прошлого года на войну, уже просто не существует: вместо помилования полагается условное освобождение, а полугодовой контракт стал бессрочным.

Накануне российские СМИ сообщили, что отправить ее на войну просит бывшая глава Минкультуры Крыма, приговоренная к десяти годам колонии за взятку.