Прошел год с момента, когда белорусские власти заговорили о строительстве белорусского порта в России. За это время чиновники делали разные, порой противоречащие друг другу, заявления по этому поводу. Так, в августе премьер-министр Роман Головченко анонсировал завершение строительства до конца 2022 года. А спустя несколько недель губернатор Ленобласти Александр Дрозденко признался, что Минск еще только выбирает площадку для строительства и контрагентов. Вспоминаем, как развивалась история создания (или пока только желания) белорусского порта в соседней стране.
После того, как 9 августа 2021 года страны Запада совместно ввели против официального Минска очередной пакет санкций, белорусские власти завели разговор о перенаправлении грузов, для которых закрывался самый дешевый и выгодный морской путь через страны Балтии. В сентябре прошлого года Роман Головченко впервые заговорил о строительстве собственного терминала в российских портах. Ведь к тому моменту было понятно, что с начала 2022 года попавшие под санкции позиции калия и нефтепродуктов будет невозможно переправлять через Евросоюз даже в третьи страны. А с началом войны в Украине ЕС полностью запретил импорт белорусского калия.
Уже в 2021 году белорусские власти заговорили о перспективах использования российских портов для перевалки экспортных грузов. «Мы поставим эти объемы, в Мурманске загрузим, это не вопрос», — заявлял Александр Лукашенко. Власти Мурманской области подтверждали, что к тому времени стороны уже вели переговоры по переориентации калийных грузов в этом направлении. Вскоре в прогнозах белорусских чиновников стали звучать и порты Ленинградской области. «К декабрю [2021 года], когда, как нас оповестили, прекратят транспортировку, мы будем полностью готовы к перевалке удобрений через альтернативные точки», — говорил тогда Роман Головченко. Тогда же в Минске заговорили о строительстве собственного терминала для перевалки грузов в России.
Время шло, белорусские власти говорили о переориентации белорусского экспорта через Россию как о свершившемся факте. А вот в Москве в начале 2022 года признавали, что процесс еще не начался. Так, в январе 2022 года Роман Головченко отчитался о переориентации потоков экспорта калийных удобрений на Россию. А в феврале официальный представитель Кремля Дмитрий Песков признал, что к тому моменту вопрос о транзите белорусского калия через Россию все еще был на стадии обсуждения. То есть перевалка калийных удобрений через российские порты к тому моменту еще не началась. Позже это подтвердил посол РФ в Минске Борис Грызлов, заявив, что «это направление, оно будет реализовано уже в текущем году, в ближайшее время, и мы сможем помочь Беларуси в перевалке их продукции, которая идет на экспорт через эти порты».
В это время у Беларуси еще был доступ к украинским портам, поэтому с перенаправлением потоков в Россию можно было сильно не спешить. Но в середине февраля украинская железная дорога ограничила транзит белорусских удобрений. Хотя по словам Головченко, поставки в саму Украину продолжались. А после начала российской агрессии Киев перекрыл границу с Беларусью.
За несколько дней до войны Лукашенко рассказал о планах по строительству порта с большей конкретикой, чем раньше, заявив, что Беларусь построит под Санкт-Петербургом свой порт и что об этом он попросил Владимира Путина. «При мне были отданы распоряжения, чтобы немедленно это строительство началось», — говорил политик. Вскоре выяснилось, что строительство все же не началось: в Ленинградской области РФ ждали решения из Минска о строительстве терминалов на территории порта в Приморске.
Лукашенко оценивал завершение строительства в течение двух лет. То, что строительство портом может занять несколько лет, подтверждала и российская сторона.
Примерно в это же время российские власти заявили о готовности передать Беларуси в пользование уже действующие терминалы до того момента, пока Минск не построит свои. В июне РФ разрешила Минску использовать все свои порты для экспорта нефтепродуктов (по калийным удобрениям о таком решении не сообщалось). Тогда же стало известно, что белорусская сторона уже начала их использовать. Хотя белорусская сторона заключила договор на перевалку 2 млн тонн калия в через Большой порт Санкт-Петербурга и Рыбный порт Владивостока, что вызвало недовольство российских конкурентов.
В августе Беларусь работала с девятью российскими портами и за первое полугодие перевалила через них около 2 млн тонн грузов. Но все это проходило через российские порты, а не через белорусский.
А вот по белорусскому терминалу не только не было никакой конкретики, но из Минска продолжали поступать разные по смыслу и порой противоречащие друг другу заявления о состоянии проекта. Так, 11 августа Лукашенко и Головченко сделали совершенно разные заявления по этому вопросу. Если первый заявлял о выборе удобного направления, сроки и стоимость строительства, то второй — о том, что «проект заработает уже в самое ближайшее время. До конца этого года точно».
В середине августа Роман Головченко подтвердил свои слова о том, что строительство белорусского порта закончится до конца этого года. Но 5 сентября губернатор Ленобласти РФ Александр Дрозденко заявил о планах сдать портовые площадки региона под строительные проекты портовой инфраструктуры белорусских компаний.
По его словам, Минск сейчас определяется с площадкой и с компаниями, с которыми будет заключать контракты на аренду территорий. Среди них «Русхимальянс», «Новотранс», также идут переговоры с «Морским рыбным портом» в Санкт-Петербурге.
То есть спустя год после того, как в Минске задумались о строительстве своего порта в России, нет не только какой-то конкретики по этому проекту, но заявления белорусских и российских чиновников о нем порой отличаются так сильно, будто они говорят о совершенно разных проектах. И личные гарантии Владимира Путина, о которых говорил Лукашенко, как видно, пока не помогли.
